Барак Обама -- российским студентам II

К несчастью, однако, порой возникает ощущение, что верх берут старые предрассудки, старое мышление – концепция могущества, коренящаяся в прошлом, а не в будущем. От 20-го столетия нам досталась в наследство точка зрения, будто Соединенным Штатам и России суждено вечно быть антагонистами, будто могучая Россия или могучая Америка могут самоутвердиться только в противостоянии друг другу.   Наконец, еще с 19-го века бытует  представление, что мы неизбежно будем соперничать за сферы влияния и что великие державы должны создавать соперничающие блоки для того, чтобы уравновешивать обоюдную мощь.

Оба эти представления неверны. В 2009 году великой державе не нужно демонстрировать свою мощь, угнетая или демонизируя другие страны. Ушли те времена, когда империи играли другими суверенными государствами, словно фигурами на шахматной доске. В Каире я отметил, что ввиду нашей взаимозависимости любой мировой порядок, при котором одна страна или группа стран будут стремиться подняться над другими, обречен на крах. Стремление к могуществу перестало быть игрой с нулевой суммой: плоды прогресса должны принадлежать всем.

Вот почему я призвал к “перезагрузке” в отношениях между Соединенными Штатами и Россией. Речь идет не просто о том, чтобы начать выстраивать отношения между Кремлем и Белым домом заново, хотя и это важно, и я имел отличные беседы с вашим президентом и премьер-минстром. Речь идет о том, чтобы американский и российский народы неуклонно стремились к выявлению обоюдных интересов и к расширению диалога и сотрудничества как к залогу прогресса.

Эта задача – не из легких. Трудно выковать прочное партнерство между бывшими врагами, тяжело менять привычки, которые в течение десятилетий прочно сидели в мозгах наших руководителей и наших бюрократий. Но я убежден, что по фундаментальным вопросам, которые определят облик нынешнего столетия, американцев и россиян объединяют общие интересы, способные лечь в основание сотрудничества. Мне не пристало определять национальные интересы России, но я могу рассказать вам о национальных интересах Америки. Уверен, вы убедитесь в том, что между нами действительно существуют точки соприкосновения.

Во-первых, Америка заинтересована в том, чтобы обратить вспять тенденцию к распространению ядерного оружия и предотвратить его применение.

В прошлом столетии поколения американцев и россиян унаследовали мощь, способную уничтожить целые государства, и понимание того, что подобное могущество угрожает гибелью им самим. В 2009 году наше наследство носит иной характер. Ни вам, ни мне не приходится задаваться вопросом, смогут ли американские и российские правители сохранить равновесие страха: мы сознаем, к каким ужасающим последствиям привела бы любая война между нашими странами. Другой вопрос, проявят ли такую же сдержанность экстремисты, убивающие мирных граждан в Нью-Йорке и в Москве. Мы должны задаться вопросом, смогут ли десять, или двадцать, или пятьдесят государств, обладающих ядерным оружием, надежно охранять свои арсеналы и воздерживаться от их применения.

Такова суть ядерной проблемы в 21-м веке. Наивно полагать, что владение этим оружием приносит престиж, или что мы можем оградить себя от опасности, выбирая, каким странам можно, а каким нельзя иметь ядерное оружие.  За короткий период с окончания “холодной войны” мы уже были свидетелями ядерных испытаний в Индии, Пакистане и Северной Корее. Неужели кто-либо из нас действительно верит, что без фундаментальных перемен в ближайшие два десятилетия удастся избежать дальнейшего распространения этих ядерных вооружений?

Вот почему Америка полна решимости остановить процесс распространения ядерного оружия, а в итоге и вообще постараться полностью ликвидировать все его запасы в мире. Это стремление соответствует нашим обязательствам по Договору о нераспространении ядерного оружия. В этом наша ответственность перед миром как двух ведущих ядерных держав. И хотя я отдаю себе отчет в том, что данная цель будет достигнута не скоро, стремление к ней подводит правовой и моральный фундамент под усилия по предотвращению распространения и возможного применения ядерного оружия.

Мы уже предпринимаем важные шаги для построения такого фундамента. Вчера президент Медведев и я достигли прогресса на пути к новому договору, который позволит значительно сократить наши обоюдные запасы ядерных боезарядов и средств их доставки. Мы подтвердили обоюдную приверженность экологически чистой, безопасной и мирной ядерной энергии, право на которую имеет каждое государство, выполняющее свои обязательства по Договору о нераспространении. Мы также договорились о расширении сотрудничества в области ядерной безопасности, которое призвано сыграть важную роль в обеспечении надежной охраны от террористов всех уязвимых ядерных материалов в течение четырех лет.

Выполняя наши собственные обязательства, мы должны требовать того же и от других стран. Ни Америке, ни России, никому из нас не нужна гонка ядерных вооружений в Восточной Азии или на Ближнем Востоке. Именно поэтому мы должны совместными усилиями не допустить превращения  Северной Кореи в  ядерную державу и не позволить Ирану обзавестись ядерным оружием. Вот почему я рад тому, что президент Медведев и я пришли к единой оценке угрозы нападения с применением баллистических ракет в 21-м веке, в том числе со стороны Ирана и Северной Кореи.

Речь не идет о том, чтобы особо выделить какую-то одну страну: такая же ответственность лежит на всех странах. Если мы не будем стоять плечом к плечу, Договор о нераспространении и Совет безопасности перестанут быть факторами сдерживания, и международное право уступит место закону джунглей. От этого не выиграет никто. Как я сказал в Праге, правила должны носить обязывающий характер. Нарушение должно влечь за собой наказание. Слова должны что-то значить.

Успешный контроль за выполнением этих правил устранит причины для разногласий. Я знаю, что Россия выступает против планируемой конфигурации системы противоракетной обороны в Европе. Моя администрация проводит пересмотр этих планов в целях повышения безопасности Америки, Европы и всего мира. Я четко заявляю, что эта система направлена на предотвращение потенциальной атаки со стороны Ирана и не имеет никакого отношения к России. Более того, я хотел бы, чтобы мы совместно с Россией разработали архитектуру противоракетной обороны, которая повысит безопасность всех нас. Но если угроза со стороны иранских программ разработки ядерного оружия и баллистических ракет будет устранена, необходимость в европейской системе ПРО отпадет. Это в наших общих интересах.

В дополнение к обеспечению безопасности самого опасного вида оружия в мире, вторым направлением важнейших национальных интересов Америки является выявление и поражение экстремистов, применяющих насилие.

На протяжении многих лет “Аль-Каида” и ее союзники оскверняют великую религию мира и справедливости, безжалостно убивая мужчин, женщин и детей всех национальностей и вероисповеданий. Причем главными мишенями они избрали мусульман. Эти экстремисты убивали в Аммане и на Бали, в Исламабаде и Кабуле, их руки обагрены кровью американцев и россиян. Они вынашивают замыслы новых убийств наших граждан, пользуясь убежищами, в особенности теми, что расположены вдоль границы между Пакистаном и Афганистаном, которые позволяют им без помех готовить и проводить свои операции.

Вот почему Америка имеет четкую цель: сорвать деятельность “Аль-Каиды”, демонтировать и разгромить ее и ее союзников в Афганистане и Пакистане. Мы не стремимся к размещению военных баз в регионе и не хотим управлять этими государствами. Вместо этого мы хотим работать с международными партнерами, включая Россию, чтобы помочь афганцам и пакистанцам укрепить собственную безопасность и добиться процветания. Вот почему я рад тому, что Россия согласилась разрешить США использовать свою территорию для снабжения сил нашей коалиции. Ни Америка, ни Россия не заинтересованы в том, чтобы в Афганистане или Пакистане правили талибы. Пришло время работать вместе во имя другого будущего – будущего, в котором мы оставим позади Большую игру прошлого и конфликты настоящего; будущего, в котором все мы внесем вклад в безопасность в Центральной Азии.

Помимо Афганистана, Америка твердо намерена и впредь содействовать развитию возможности изоляции экстремистов. В Ираке мы помогаем народу страны строить лучшее будущее, оставляя Ирак иракцам. Мы преследуем цели сосуществования двух государств, Израиля и Палестины, в условиях мира и безопасности. А в мусульманских общинах по всему миру мы добиваемся прогресса в образовании, здравоохранении и экономическом развитии. Я считаю, что россияне разделяют наши цели и заинтересованы в успехе – и нам нужно образовать совместное партнерство.